ИЗДАЕТСЯ ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕННЕЙШЕГО МИТРОПОЛИТА ТОБОЛЬСКОГО И ТЮМЕНСКОГО ДИМИТРИЯ

    





На начало




Наши баннеры

Журнал "Печатные издания Тобольско-Тюменской епархии"

"Сибирская Православная газета"

Официальный сайт Тобольcко-Тюменской епархии

Культурный центр П.П.Ершова

Тюменский родительский комитет



Побег.

(Окончание. Начало в № 108)

Летние дни были на исходе, медлить больше нельзя, остается добежать до Тобольска совсем мало времени – уходит последний пароход и заканчивается навигация. Однажды вечером после работы принесли детей на кормление матерям, а на ночь их снова забирали. Ксения взяла ребенка у охранника и спустя некоторое время, переодевшись в свои сплетенные бродни, взяв узелок с вещами, бросилась с ребенком к непроходимой топи. Поздним вечером охранники пришли забрать у нее ребенка, а Ксении уже и след давно простыл. С раннего детства Ксения умела прекрасно ходить по болотам, научена собирать таежные ягоды, от родителей унаследовала любовь и уважение к сибирским лесам, природе и увлечение собиранием даров леса.

Но сейчас ей предстояла довольно трудная дорога по абсолютно незнакомой местности, да еще с ребенком на руках. Но из-за малютки она и решилась на побег – впереди лютая сибирская зима, а у них нет никаких теплых вещей, все равно здесь погибать от холода и голода. Какая-то добрая женщина отдала для Евдокиюшки свою единственную теплую кофту, и сейчас она, завернутая в эту кофту, спала крепко.

Молодая женщина очень быстро умела бегать, а сейчас она просто летела по воздуху, как будто у нее крылья за спиной. Летнее солнце клонилось к закату, и сколько еще километров бежать по болоту, она не знала. Надо успеть до наступления темноты, пока еще светло. Сейчас она ничего не боялась, она на свободе! Но как быстро преодолеть это страшное болото, для стольких людей непреодолимую топь. Сколько еще бежать? Один Бог знает! Она уже оценила материнскую заботу тех женщин, которые остались там в бараках, так искренне помогавших ей от всей души. Обувь, действительно, спасала ее сейчас, была очень удобной, не спадала с ног, крепко привязана ремешками, и вода тут же выливалась. Справа поодаль за тонкими осинками на пышных мхах Ксения увидела красное море ленивой ягоды клюквы: ягода-лежебока всегда поспевает одним боком, другой, на котором лежит, остается белым. Эх, вот бы поесть хоть кусочек пирога из клюквы да запить клюквенным морсом! Но когда это было в ее жизни! А сейчас только бы успеть до темноты! В темноте, быстро наступающей в лесу после заката солнца, будет ее верная смерть: и остановиться нельзя, а куда бежать – неизвестно, ждать и стоять – опасно, засосет мгновенно трясина, да еще в темноте. Один шаг мимо – и две смерти сразу, в этом страшном месте никто не поможет, никто не вытащит, никто не спасет. Только бы успеть до заката!

Казалось, что дыхание смерти вот-вот коснется Ксении. До нее только сейчас дошло, насколько опасно ее положение. Пересохшие губы Ксении непрестанно шептали только одно: «Господи, помоги! Мамочка Божия, спаси! Николай Угодник, помоги, сократи дорогу по болоту! Ангел-хранитель, сохрани нас!» От неожиданного осознания смертельной опасности у Ксении мгновенно вылетели из памяти слова молитвы «Отче наш», которую она хорошо знала с детства. Еще немного времени молодая женщина пробежала по зеленой воде, и топь неожиданно закончилась, последние замшелые кочки и совершенно сухая земля оказалась под ногами. Болото позади! Последняя молитва благодарности «Господи, слава Тебе!», искренне вырвавшаяся у молодой матери из самого ее сердца, была еще сознательно произнесена, и тут же обессилевшая Ксения замертво падает на землю, прижимая ребенка к себе, но Евдокиюшка, хорошо укутанная в теплую женскую кофту, спала беспробудно и даже не проснулась. Ксения лежала на земле и чувствовала, как ее сознание медленно отключается.

Солнце уже село. Мгновенно густая темнота плотно покрыла все вокруг, и высокий лес, и остывающая земля постепенно утонули в легком тумане. Дружно запели свои последние песни лета соловьи, и ярко-желтый серпик месяца высоко завис над землей.

Мириады звезд приветливо засверкали в темно-фиолетовом небе, но молодая женщина уже ничего не видела и не слышала: она спала глубоким сном… Ксения проснулась с первыми лучами солнца и услышала журчание воды. Рядом протекала небольшая речка. Проточная вода! Она спасена! Пригодилось мыло, кем-то подаренное. Она вымылась, выстирала свою одежду и высушила ее. Ушел от одежды барачный запах! Когда стало теплее, выкупала свою дочь и переодела ее и себя в чистую одежду. Теперь ни одна собака не возьмет их след, нет уже того лагерного запаха!

Где-то далеко позади она услышала лай собак, выстрелы, эхом прозвучавшие по лесу, но не отнесла их в свой адрес. Это означало, что где-то в тайге кто-то попытался убежать. Помоги ему, Господи!

А Ксению охранники даже не стали преследовать и искать: подумали, что в топи нашла свою смерть. Звуки давно стихли, но напомнили ей ее вчерашний день: лагерь с бараками и охраной, тяжелый труд. Это было вчера. А сегодня она видит такую изумительную природу, которую всей душой и сердцем любила с раннего детства. Насладившись непродолжительным отдыхом, Ксения снова быстро продолжила свой путь. По лесу бежать было намного легче, и она побежала еще быстрее, чем по болоту. К счастью, Евдокиюшка постоянно спала, почти не просыпалась. Чистый лесной воздух только укреплял ее сон. Вот показался Тобольск! Она успела! Как Господь милостив! Ксения смогла пробежать днем мимо той опасной горы, о которой ее предупреждали женщины. На пристани стоял пароход! Но что же это такое?! На берегу были красноармейцы с ружьями и собаками. Кого-то искали… У Ксении оборвалось сердце, ведь у нее нет ни денег, ни билета, ни документов!

Ксения видела, как многих людей не пускали на пароход, тут же брали под стражу и уводили. Она крепко прижала дочь к груди, и вдруг какой-то красноармеец с винтовкой поторопил ее: – Проходи, мать, проходи скорей! Скоро отправляемся!

Ксения шагнула вперед, по узкому деревянному мостику поднялась на пароход и прошла на верхнюю палубу. Ей сразу же уступили место. Молодая красивая женщина с ребенком обращала на себя внимание пассажиров. Дитя было просто ангельского вида: белые кудряшки, румянец на щеках, голубые глаза, милое веселое лицо – красивый младенец!

Не прошло и пятнадцати минут, как все уселись по местам. Вдруг строгий голос контролера прозвучал над всеми людьми: «Приготовьте билеты и документы!» Ксения опять увидела, как немалое количество людей красноармейцы вывели с парохода на пристань. И время контроля, и проверка документов ей показались вечностью. И вот уже над ней склонился молодой безусый солдатик и сказал:

– Ваши документы, гражданочка!

Ксения вздрогнула от неожиданности, кивнула, сделала жест рукой, как будто сейчас из блузки достанет паспорт и билет, а сама незаметно и больно ущипнула заснувшую Евдокиюшку. Какой же раздался громкий плач! Малютка внезапно так громко расплакалась, что молодой человек положил свою руку Ксении на плечо:

– Не надо! Куда едете? В Тюмень? Хорошо.

И пошел дальше по палубе.

Молодая мать долго качала и успокаивала своего младенца, не верила сама себе и вела мысленный разговор:

– Прости меня, родная! Ты даже не представляешь, как своим громким плачем спасла нам жизнь!

Наконец-то пароход отошел от пристани! Все волнения позади! В Тюмени она быстро нашла дом дяди. Он жил в большом доме по улице Садовая. Она у родных! Но без документов опасно и в Тюмени в такое время оставаться. Родной брат Анастасии запряг коня в телегу, посадил жену с Евдокиюшкой на руках рядом с собой, а Ксению укутали тщательно, завернули в сено и поехали в ее деревню в Ярковском районе. Всю дорогу Ксения вспоминала, что она пережила за все дни лета и тихонько плакала. Ей казалось, что все произошло так, как будто Сам Господь взял ее с дочкой на Свои ладони и перенес через все преграды на пути и вручил дяде.

Ксения хорошо понимала, что все с ней так случилось гладко только по молитве ее матери Анастасии. Ведь недаром говорят в русском народе, что молитва матери со дна моря поднимает. Ксения выросла в многодетной семье, хозяйство имели большое: скотинка, огород. Дети мал мала меньше видели свою мать в непрестанном труде и не помнили, чтобы она когда-нибудь спала по ночам. Кто бы ни проснулся ночью, замечали, что она все простаивала на коленях в слезных молитвах у больших икон с горящими лампадами: о чем-то тихонечко разговаривала с Господом, Матерью Божией, Николаем Чудотворцем.

Ксения на расстоянии всегда чувствовала материнскую молитву и в лагере, и во время побега, и на пароходе. Ей так захотелось увидеть свою милую маму, поцеловать, обнять нежно, поблагодарить за все ее молитвы и попросить прощения! Сколько же она доставила ей сердечной боли своим упрямством и непослушанием!

Глубокой ночью дядя подъехал к дому сестры. Во дворе громыхнула цепь, и белая огромная умная собака Красотка радостно взвизгнула и затихла: почуяла своих. Ксению с ребенком быстро спрятали в подполье; в деревне никто не узнал, что она вернулась домой. Дядя с женой в тот же ночной час уехал в Тюмень. Через пять лет пришел Прохор из заключения.

Как жили без него Ксения с Евдокиюшкой, и что он сам пережил на севере в лагере, достойно своего повествования, но это уже будет другой рассказ. А эта реальная история лишь свидетельствует о духовной силе материнской молитвы.

Когда-то Димитрий, архиепископ Волынский, сказал такие слова: «Молитва, как золотой ключ, отверзает нам сокровища милосердия и щедрот Божиих». Если бы каждая мать взяла слова владыки себе на вооружение, осознала величайшую роль молитвы матери и горячо молилась за своих чад, то как могли быть счастливы дети на всем белом свете.

По материалам сайта Liveinternet.ru


Наверх

© Православный просветитель
2008-18 гг.